Мир вам, дорогой читатель. Начнём наше исследование с вопроса: что мы знаем об Иуде Искариоте, кроме того, что имя этого человека, предавшего Иисуса Христа, стало нарицательным и сделалось символом предательства? Не случилось ли так, что этот устойчивый образ почти полностью вытеснил из нашего сознания возможность увидеть в Иуде реальную историческую личность?.. А знаем ли мы, что именно на Иуде Искариоте была явлена превосходящая разумение любовь Христа, о которой говорится в Послании к Ефесянам (3:19)? Если эти вопросы заставляют задуматься — эта тема для вас.
Для того чтобы раскрыть поднятую тему настолько полно, насколько это возможно в рамках столь краткого исследования, начнём с библейских пророчеств об Иуде Искариоте, данных в книгах Священного Писания, а затем перейдём к их историческому воплощению. Но прежде скажем несколько слов об «анатомии»пророчества. Это необходимо для того, чтобы отделить неизменный замысел Божий от добровольного участия в нём тех, кто наделён разумом и свободной волей. Отметим, что описание прошедших событий на основании знания о них, описание будущих событий на основании их предвидения и предопределение этих событий — далеко не одно и то же.
Есть предвечный и неизменный Божий замысел — жить вечно в гармонии и любви со Своим любимым и любящим творением. И есть осуществление этого замысла во времени, в котором участвуют свободные в своём выборе разумные личности. Их внутренний потенциал, или многосторонний ресурс, данный при сотворении не сокрыт от всеведения Бога. Но, несмотря на совершенное знание этого потенциала и будущих решений добровольных участников Своего неизменного замысла, Господь делает всё возможное, чтобы каждая разумная личность избрала вечную жизнь в обоюдной с Ним любви. Бог не ломает потенциал — Он раскрывает его.
Знание Бога о том, что после сотворения человек воспользуется дарованной ему свободой неразумно и за это придётся расплачиваться как самому человеку, так и Создателю, не отменило замысла творения. Почему?.. Потому что Всевышний знал: среди человечества будут и те, кто полюбит Его и пожелает жить с Ним в вечной взаимной любви.
Поскольку данное исследование главным образом посвящено превосходящей разумение любви Бога, явленной и на Иуде Искариоте, сосредоточим своё внимание именно на нём и на Боге, Который знал, что Его предаст не только Иуда, но также религиозные руководители того времени и многие из народа. Повторимся: в этом кратком исследовании мы касаемся лишь данной темы, а не всего библейского откровения о спасении человечества.
Как мы построим наше исследование? Сначала обратим внимание на пророчества,данные об Иуде Искариоте в книгах Библии, а затем рассмотрим их исполнение во время земной жизни Иисуса Христа.
В Псалме 40:10 (в некоторых переводах — 41:9) содержится пророчество о предательстве близким человеком, имя которого не называется — в отличие, например, от имени Кира, упомянутого в книге пророка Исаии (44:28) ещё до его рождения. Следовательно, тем ближним, кто предаст Иисуса Христа, мог стать и не Иуда Искариот. Более того, в самом пророчестве до совершения предательства этот человек назван «мирным другом», на которого полагались. Теперь ответьте сами себе: можно ли полагаться на того, кто совершенно не способен поступить правильно? Можно ли надеяться на человека, у которого нет никакой возможности сохранить верность? И ещё один вопрос: кто приблизил к Себе Иуду Искариота, избрав его для особой миссии из числа остальных учеников? Ответ очевиден: Иисус Христос. Но зачем Он приблизил его, если видел, что тот может предать Его? Затем, чтобы явить на нём потенциал превосходящей разумение любви Божией. Когда Иисус, цитируя уже упомянутый ранее пророческий стих о Своём будущем предателе, говорит об Иуде Искариоте (Ин. 13:18), остальные апостолы ещё не подозревают, о ком именно идёт речь.
Идём дальше. Пророчество в книге пророка Захарии (11:12–13) говорит о предстоящей оценке Господа в тридцать сребреников, исполненное впоследствии действиями Иуды Искариота: «И скажу им: если угодно вам, то дайте Мне плату Мою; если же нет — не давайте. И они отвесят в уплату Мне тридцать сребреников. И сказал мне Господь: брось их в церковное хранилище — высокая цена, в какую они оценили Меня! И взял Я тридцать сребреников и бросил их в дом Господень для горшечника» (Зах. 11:12–13). О поэтапном воплощении этого пророчества мы читаем в Евангелиях (Мф. 26:14–16; Мк. 14:10–11; Лк. 22:3–6). Что важно отметить? Иуда Искариот исполняет это пророчество под ослепляющим разум воздействием Сатаны, который сначала вложил в сердце Иуды мысль предать Христа, а затем во время Вечери Господней, после слов Иисуса, вошёл в него. Иуда, будучи ослеплённым Сатаной, превратно воспринял слова Христа как призыв к действию. Не деньги были истинной целью предательства. Иуда даже не пытался торговаться, чтобы извлечь из своего поступка наибольшую выгоду.
Какова же была мотивация предательства, если не деньги? Мы можем лишь предполагать, однако эти предположения имеют под собой серьёзные основания. Апостолы ожидали воцарения Христа и установления Царства под Его управлением. Мать сыновей Зеведеевых пришла к Иисусу вместе с сыновьями и просила дать им места по правую и левую сторону от Него в Его Царстве (Мф. 20:20–21). Пётр прекословил Христу, пытаясь отвратить Его от крестного пути (Мф. 16:22–23). Все они ожидали земного воцарения Мессии и явления Его силы (Деян. 1:6). Иуда в этом отношении не был исключением. Разница заключалась лишь в том, что Иуда под воздействием Сатаны взял осуществление пророчества на себя. Это предположение, но ведь и Самому Иисусу Дьявол предлагал исполнить пророчество о Нём, цитируя при этом стихи из 90-го Псалма. Однако Христос отверг это предложение (Мф. 4:5–7).
К глубокой скорби Иисуса Христа, Иуда Искариот не услышал Его неоднократных предупреждений. Самым суровым из них было следующее: «Лучше было бы этому человеку не родиться» (Мф. 26:24). Эти слова свидетельствуют о неверно использованном даре свободы выбора человеком, которому была дарована жизнь. Чего только стоит тот факт, что Христос называет избранного апостола дьяволом во второй половине Своего служения — чуть более чем за год до Распятия?.. Даже если на период произнесения этих слов Иуда пока не подозревал о том, что станет предателем, такая характеристика одного из апостолов должна была насторожить и его… Ведь о том, что речь идёт об Иуде Искариоте, никто из апостолов не знал, а то, что мы читаем в контексте, — это пояснение апостола Иоанна, данное при написании этого Евангелия уже после произошедших событий (Ин. 6:70-71). Вопрос: на основании чего Иисус одного из Своих апостолов называет дьяволом? Неужели Он избрал себе дьявола в апостолы — наряду с одиннадцатью? Абсурд… Так на основании чего же? Прежде чем дать ответ на этот вопрос, разберём все значения этого греческого слова — "дьявол". Слово образовано от глагола diabállō (буквально: "перебрасывать", "разделять", "обвинять", "сеять раздор"). Оно является не только именем собственным, данным падшему херувиму, но и нарицательной характеристикой тех людей, которые не хранят себя и вносят раздоры (1 Тим. 3:11; Тит 2:3; 2 Тим. 3:3). Теперь, опираясь на историю, данную нам в Новом Завете, зададимся вопросом: можно ли применить хотя бы одно из этих значений к Иуде Искариоту? Где сказано, что он открыто клеветал, обвинял Христа или сеял раздоры среди учеников? Прямых свидетельств этому нет. Иуда не выступал обвинителем и не возводил на Иисуса ложных наговоров. Так на каком же основании Христос произносит столь страшное определение? На основании предвидения Христа о том, что сама фигура Иуды Искариота станет разделяющим фактором в умах верующих. И это разделение — то самое исконное значение слова diábolos — мы наблюдаем и по сей день. Одни видят в судьбе Иуды превосходящую разумение любовь Бога, а другие — стерилизующее свободу выбора предопределение или жёсткий фатализм. И это то, что очевидно и лежит на поверхности.
Обращаясь к Своему Отцу с молитвой о сохранении учеников от зла, Иисус говорит об Иуде как о «сыне погибели» (Ин. 17:12). Но когда Он говорит это? Тогда, когда Иуда уже сделал свой выбор идти путём саморазрушения, возможно, ещё не вполне осознавая этого — подобно тем, кто распинал Христа (Лук.23:33-34). Да и само выражение «сын погибели» нельзя понимать буквально. Погибель или разрушение — это абстрактные понятия, обозначающие следствие, а не причину. Сначала существует свободный выбор, могущий привести к погибели, а затем наступает её следствие — разрушение. Не существует погибели без того, кто погибает, чтобы можно было стать её сыном.
Вкратце коснувшись пророчеств об Иуде Искариоте и их исполнения, теперь приоткроем исторический занавес происходивших тогда событий и посмотрим, как Иисус Христос относился к Иуде Искариоту, когда тот находился с Ним в самых тесных отношениях.
Для начала ответим на вопрос: почему Искариот? Это что — прозвище? Что означает это имя? Имя «Иш-Керийот» (ивр.) означает «человек из города Кериот» (буквально — «городки», «поселения»). Это не характеристика человека, а указание на место его происхождения — своего рода «географическая прописка». Например, слово «Назорей» также является географической меткой, то есть указывает на происхождение из Назарета. Конструкция и грамматические суффиксы этих слов полностью идентичны. Отец Иуды в Евангелии от Иоанна также назван Искариотом.
Иуда Искариот был избран Иисусом Христом из числа других учеников и приближен к Нему, чтобы стать Его апостолом и представителем в служении. Он был возрождён к новой жизни, но не заботился о дальнейшем исцелении своей души и погиб бесславно.
Почему мы можем с уверенностью утверждать, что Иуда Искариот был духовно возрождён к новой жизни, или, проще говоря, поверил Богу, если добровольно стал учеником Христа? Перед тем как ответить на этот вопрос, необходимо сказать, что жизнь по духу была доступна верующему во все времена. После же излияния Святого Духа в день Пятидесятницы и дарования Им силы перед этой жизнью открылись новые духовные горизонты. Важно подчеркнуть: Пятидесятница стала не началом духовного возрождения, а дарованием Духа Святого и Его силы для уже возрождённой жизни учеников Христа (Деян. 1:8).
Вернёмся к Иуде Искариоту. Для ответа на вопрос о его возрождении вспомним, какой путь должен был пройти человек, прежде чем стать учеником Иоанна Крестителя или Иисуса Христа. Речь идёт о крещении покаяния. Во-первых, человек не мог стать последователем ни Иоанна Крестителя, ни Иисуса Христа с лукавым покаянием. Оба Учителя обличали неискренность и не терпели лицемерия. Во-вторых, Иисус Христос — Царь Небесного Царства — не потерпел бы в Своём ближайшем окружении духовно мёртвых людей, то есть не живущих по воле Бога. Он либо призвал бы такого человека к возрождению, как Никодима (Ин. 3:3), либо духовно мёртвый человек сам не смог бы долго пребывать рядом со Христом, постоянно испытывая обличение.
Вспомним слова, сказанные Христом одному из желавших следовать за Ним: «Предоставь мёртвым погребать своих мертвецов, а ты иди, благовествуй Царствие Божие» (Лк. 9:60). Из этих слов видно, что духовно мёртвый человек не может ни следовать за Христом, ни благовествовать о Царстве Божием. Однако двенадцать апостолов уже были посланы с этим поручением. Они проповедовали Царство Небесное, исцеляли болезни и изгоняли нечистых духов. Всё это невозможно для человека духовно мёртвого. Духовно мёртвый — это не мёртвый по своей сущности, а тот, кто не живёт добродетельной жизнью перед Господом.
Мысль о том, что Иуда Искариот проповедовал другим о Царстве Небесном, в которое сам не мог войти, проповедовал покаяние, сам не будучи прощённым, изгонял бесов, сам не будучи свободным от их власти, исцелял других, сам не будучи исцелённым, — бесчестит Великого Учителя и Целителя Иисуса Христа. Получается, будто Господь чего-то не довёл до конца, чего-то не заметил или проявил безучастность к судьбе этого человека. Любовь так поступать не может.
Бог предлагает Свою любовь, но никогда не навязывает её силой. Ответная любовь человека — это мост для его спасения. Мысль, некогда высказанная мудрой женщиной, принятая царём Давидом и усиленная боговдохновенными словами апостола Павла (1 Тим. 2:3–4), имеет под собой твёрдое основание: «Мы умрём и будем как вода, вылитая на землю, которую нельзя собрать; но Бог не желает погубить душу и помышляет, как бы не отвергнуть от Себя и отверженного» (2 Цар. 14:14).
Двенадцать апостолов почти всегда находились рядом со своим Учителем. Христос уделял им много внимания и лично трудился с каждым из них. Иначе что это за Учитель? Мы не знаем точно, сколько времени Иисус Христос посвятил Иуде Искариоту, но, несомненно, немало. Одно можно сказать с уверенностью: трудился с ним Господь по индивидуальной методике. Из чего можно сделать такой вывод?
Судя по всему, Иуда Искариот до встречи со Христом был вором. Обратимся к тексту Писания, дающему нам такую информацию: «Тогда один из учеников Его, Иуда Симонов Искариот, который хотел предать Его, сказал: "Для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим?" Сказал же он это не потому, что заботился о нищих, но потому, что был вор. Он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали» (Ин. 12:4–6). Чтобы правильно понять слова апостола Иоанна, необходимо учитывать время написания его Евангелия. Эту оценку личности Иуды и мотива его поступка апостол даёт уже после совершившегося предательства. До этих событий Иоанн едва ли назвал бы Иуду вором, предателем или человеком, готовящимся предать Христа, поскольку сам ещё не знал этого до откровения, данного Господом на Вечере Господней, совершённой Им накануне Его страданий.
Разумеется, Иуда не стал вором после покаяния или после того, как начал проповедовать Царство Небесное. Если он был вором, то был им прежде встречи со Христом. Как и всякий человек, он пришёл ко Христу со своими грехами и нуждался в их прощении. У каждого из двенадцати было своё прошлое. Но только Иуда Искариот так и не принял того очищения, несущего исцеление, которое впоследствии предлагал ему Христос. Он не возрастал духовно, несмотря на любовь, которой был окружён.
Господь оказал Иуде особое доверие: именно ему было поручено хранить общие денежные средства. Теперь зададим себе вопрос: кто из нас доверит свои деньги человеку, который в прошлом был вором? Очень немногие. На это способен пойти лишь тот, кто по-настоящему любит и стремится не осудить человека, а преобразить его, воспитывая, поддерживая и помогая ему победить свой прежний порок. Именно такой подход даёт наибольшую надежду на исцеление.
«Ампутировать можно руку — личность же можно только исцелить».
Никто из апостолов не подозревал Иуду Искариота в каких-либо злоупотреблениях. Внешне он поступал безупречно и пользовался полным доверием, но внутренне так и не обрёл свободы. Если бы Иуда был безразличен Иисусу, Господь не скорбел бы о нём ещё до совершения предательства, хотя и знал, что оно произойдёт. «Сказав это, Иисус возмутился духом и засвидетельствовал, и сказал: истинно, истинно говорю вам, что один из вас предаст Меня» (Ин. 13:21). Такого возмущения духа Христа мы ранее в Евангелиях не встречаем. Именно отсюда начинается особая глубина Его скорбей.
Зададимся вопросом: зачем возмущаться духом тому, кто от другого не ожидает ничего, кроме предательства? Возмущение духа Иисуса — это боль любви, отвергнутой близким человеком. Это скорбь о бессмысленном и гибельном выборе того, кого Он искренне желал спасти — ведь добровольных претендентов на роль предателя хватало и без него… Особенно выразительны последние слова Христа, обращённые к Иуде во время предательства: «Друг, для чего ты пришёл?» (Мф. 26:50). Слово «друг» здесь — не пустая формальность. Оно выражает подлинное отношение Христа к Иуде даже в этот трагический момент. Позже Иуда осознал весь ужас содеянного и раскаялся. Но, оказавшись во власти Сатаны, он пошёл не к Богу с покаянием, а вслед за отчаянием, приведшим его к петле (Мф. 27:5).
Существует предположение, что, признав себя виновным в пролитии невинной крови, раскаявшись и возвратив сребреники, Иуда Искариот не смог простить самого себя. И тогда Сатана вновь внушил ему мысль — на этот раз совершить самосуд, для того чтобы встретить Христа в шеоле и умолять Его о прощении. Однако подобная догадка выходит за рамки открытого нам в Писании.
Стремясь объяснить происхождение зла, некоторые приходят к ошибочной мысли: будто грехопадение и предательство Иуды были заранее заложены в Божий замысел. Якобы только через грех Бог может в полноте явить Свою справедливость в суде и милосердие в спасении.
Однако в рамках такой логики свобода человеческой воли становится иллюзией. Грех перестаёт быть катастрофой, вошедшей в мир вопреки воле Творца, и начинает восприниматься как необходимое условие для проявления Его славы, что является глубоким заблуждением. Серафимы славят Творца (Ис. 6:2-3), не ведая ни греха, ни его разрушительных последствий. Всё первозданное творение прославляет Бога своей гармонией, тогда как грех — это деструктивная сила, которая посягает на это совершенство, а не раскрывает его.
Более того, чтобы полнота Божьей славы открывалась сотворённому миру всё ярче, грехопадение вовсе не требовалось. Для этого достаточно было беспрестанного движения от хорошего к лучшему, где сегодняшнее совершенство завтра становилось бы лишь первой ступенью к новым высотам.
Бог есть Любовь — это Его природа (1Ин. 4:8), а Она всегда творческая и созидательная. Его дети никогда не перестанут восхищаться бесконечным творчеством Небесного Отца. Но и этого мало: они призваны стать соучастниками этого созидания, всё полнее раскрывая свой потенциал как образа и подобия Божьего.
Из корня фатализма ветви свободы не растут.
Трагедия Иуды Искариота заключается в том, что, находясь в самом эпицентре Божественной любви, он не дал ей всецело увлечь себя. Он не доверился любви Бога, превосходящей разумение, а последовал за тем, что казалось ему более разумным.
Если говорит Бог, то Ему доверяют даже тогда, когда сказанное Им превосходит человеческую логику. Иначе где же место доверию?
Если любовь не использовала всех возможностей для спасения, даже тех, которые заранее казались безнадёжными, — это уже не любовь.
После этого краткого обзора превосходящей разумение любви Божией, явленной даже к врагу, она перестаёт быть отвлечённой идеей. Она обретает плоть, взгляд и протянутую руку с куском хлеба, обращённую к Иуде Искариоту на Вечере Господней.
Любовь теряет свою созидающую силу лишь там, где её безоговорочно отвергают. Любовь не для каменного сердца.
Владимир Ткаченко